Россия, которая уже второй год активно борется с инфляцией, неожиданно столкнулась с противоположным процессом — дефляцией. Как произошло, что цены, которые постоянно росли, вдруг начали резко падать? И почему это явление иногда может быть еще более опасным для экономики, чем инфляция?
Данные статистики показывают: дефляция сохраняется уже третью неделю подряд. Более того, на третьей неделе падение цен ускорилось: если две предыдущие недели снижение составило порядка 0,05%, то на прошлой неделе цены упали сразу на 0,13%. В итоге годовой показатель инфляции упал до 8,77% (по оценке Минэкономразвития на 4 августа). Для сравнения — в прошлом году этот показатель был 9,5%, а весной текущего года превышал 10%.
Для обычных граждан снижение цен кажется выгодным и приятным событием, однако для государства дефляция может представлять большую угрозу, чем инфляция. Падение цен способно привести экономику к так называемой дефляционной спирали — когда стоимость товаров и услуг снижется, а расходы бизнеса остаются прежними. Возникает серьезный дисбаланс: зарплаты сотрудников не уменьшаются, платежи по кредитам продолжаются в тех же объемах, а население стремится покупать меньше, ожидая еще более выгодных цен в будущем. В итоге бизнес терпит значительные убытки, вынужден сокращать персонал и снижать зарплаты. Спрос падает, продукция остается невостребованной, что в свою очередь ведет к дальнейшему снижению цен и углублению убытков. В этом замкнутом круге экономика может оказаться в долгосрочном кризисе.
Выйти из такого дефляционного цикла значительно сложнее, чем остановить инфляцию. Центральный банк при борьбе с ростом цен может повышать процентные ставки, сдерживая спрос. Но для борьбы с дефляцией привычный инструмент — понижение ставок — ограничен, если они уже находятся на очень низком уровне. Если ключевая ставка уменьшена почти до минимума, дополнительное снижение практически невозможно, и возможности регулятора сильно сужаются.
Ярким примером длительной борьбы с дефляцией служит Япония, которая с 1990-х годов переживала дефляционную стагнацию. Эти десятилетия получили название «потерянного времени» — страна испытывала экономический застой с постоянно сдерживаемым ростом цен и отрицательной ключевой ставкой, которую нельзя было повысить, чтобы поддержать экономический рост без риска усугубления кризиса. Чтобы стимулировать экономику, Япония вводила различные меры поддержки, что привело к огромному государственному долгу, превышающему 260% ВВП. В итоге страна избежала резкого кризиса, но страдала от многолетней экономической стагнации.
В 2024 году Япония впервые за 17 лет (с 2008-го) повысила ключевую ставку, положив конец эпохе отрицательных ставок, и продолжила повышение в течение года, что противоречит действиям Федеральной резервной системы США. Сейчас в Японии с оптимизмом воспринимают рост цен в секторе услуг, увеличение прибыли компаний и даже нехватку рабочей силы — признаки выхода из длительной дефляции.
Подобные процессы наблюдались и в других странах: например, Греция оказалась в дефляционной ловушке после долгового кризиса 2010-х, а в еврозоне дефляция была зафиксирована в 2014-2016 годах из-за снижения спроса и падения цен на нефть.
Для России дефляция могла бы стать серьезной угрозой, если бы не высокая ключевая ставка в 18%, которая выступает как противоядие против дефляционной спирали. Хотя Центробанк снизил ставку с 21% до 18%, у него еще есть запас для дальнейшего снижения и создания стимулирующего эффекта для потребительского спроса. На данный момент ставки на уровне 18-21% делают кредиты крайне дорогими, поэтому автомобили или жилье покупают весьма сдержанно, ведь к ключевой ставке добавляется еще более 8% по кредитам.
В отличие от Японии, Россия может воспринимать дефляционный тренд с определенным оптимизмом. Три недели подряд снижения цен могут подтолкнуть Центробанк к ускоренному снижению ключевой ставки уже на ближайшем заседании 12 сентября. Конечно, помимо цен, регулятор будет учитывать инфляционные ожидания населения и бизнеса, а также темпы роста ВВП и кредитования. Однако устойчивый спад цен и статистика последних недель могут стать основанием для снижения ставки на один или даже два процента — до 16–17%.